Куда ушли 37 миллионов?
В Караганде бывшему главному бухгалтеру дали 7,5 года. Защита утверждает: суд так и не установил, кто на самом деле получил деньги
Семь лет и шесть месяцев лишения свободы — за 37 миллионов 188 тысяч 646 тенге. Именно такой приговор 10 июля вынес Казыбекбийский районный суд Караганды бывшему главному бухгалтеру одного из крупных ТОО Динаре Юсуповой.
Суд посчитал доказанным: бухгалтер, пользуясь служебным положением и правом второй подписи, перечисляла деньги предприятия на счета двух сторонних организаций, после чего средства обналичивались и, согласно обвинению, передавались ей. Юсупова вину не признала.
Теперь дело рассматривается в апелляции в Карагандинском областном суде. И у защиты главный вопрос звучит довольно просто: где доказательства того, что после обналичивания 37 миллионов тенге эти деньги действительно оказались у Юсуповой? Защита утверждает, что такого доказательства в деле нет.
Сначала — деньги
История, которая легла в основу уголовного дела, началась с банковских переводов. По версии следствия, с расчетного счета ТОО в период с 24 августа 2017 года по 5 октября 2020 года перечислялись деньги на счета двух компаний. На первую организацию ушло 16 млн 707 тыс. 205 тенге, на вторую — 20 млн 481 тыс. 441 тенге. Итого — 37 млн 188 тыс. 646 тенге.
При этом, как установил суд, представители этих организаций подтвердили, что фактически услуг товариществу не оказывали. Дальше начинается самое интересное.
Один из свидетелей — С. — рассказал суду, что к нему обратилась Юсупова. По его словам, она попросила выставлять счета на оплату от его ИП, после чего поступившие деньги обналичивались.
Он утверждал: наличные он передавал Юсуповой, оставляя себе 3 процента. Суммы, по его словам, составляли от 700 тысяч до 1,2 млн тенге. А когда его счета оказались заблокированы, в схему, по его показаниям, был привлечен знакомый предприниматель.
Но здесь появляется важная деталь. Второй бизнесмен М. в суде рассказал совсем о другом конечном адресате наличных. По его словам, после поступления денег от ТОО он их обналичивал и за вычетом 3 процентов передавал не Юсуповой, а своемум знакомому, свидетелю С. С Юсуповой, утверждает М, он вообще не знаком. И именно это противоречие теперь становится одним из центральных аргументов защиты.
"А где последнее звено? "
Адвокат осужденной Ерлан Шолахов обращает внимание: суд установил движение денег до определенного момента, но не установил их дальнейшую судьбу.
— Факт перечисления денежных средств на счета указанных субъектов хозяйствования сам по себе не свидетельствует о том, что данные денежные средства впоследствии были получены именно Юсуповой и обращены ею в свою пользу, — говорит адвокат.
По мнению защиты, необходимо было установить весь путь денег после обналичивания: кто получил наличные, когда, в какой сумме, кому передал и какие объективные следы этого существуют. Но таких данных, утверждает Шолахов, в деле нет.
— Не установлено также, каким именно образом она распорядилась данной суммой, кому передала денежные средства, какое имущество приобрела либо какую иную имущественную выгоду получила, — отмечает защитник.
Иными словами, говорит адвокат, обвинение доказало перевод денег и их обналичивание, но не доказало главное — присвоение их именно Юсуповой.
Сам суд отправил материалы на проверку
Еще один момент защиты считает принципиальным.
10 июля — в тот же день, когда был вынесен обвинительный приговор, — Казыбекбийский районный суд вынес частное постановление. В нем суд указал на необходимость проверки действий свидетелей С. и М. на предмет наличия в их действиях какого-либо правонарушения и направил соответствующую информацию прокурору района имени Казыбек би.
Для адвоката Шолахова это обстоятельство имеет принципиальное значение.
— С одной стороны, в обвинительном приговоре суд принимает показания С. как достоверные и использует их для подтверждения виновности Юсуповой. С другой стороны, в тот же день, по тому же делу, тот же суд вынес частное постановление, в котором указал на необходимость проверки действий свидетелей С. и М. на предмет наличия в их действиях правонарушения, — обращает внимание защитник.
По его словам, возникает вопрос: если показания С. достаточны для обвинительного вывода, почему одновременно возникла необходимость проверять его собственные действия? А если его действия действительно требуют правовой оценки, насколько надежными можно считать его слова о передаче денег Юсуповой?
— Приговор на данный принципиальный вопрос ответа не содержит, — считает адвокат.
"Нельзя автоматически считать, что деньги присвоила бухгалтер"
Защита не спорит с тем, что деньги перечислялись на счета двух организаций. Спор идет о другом — о конечном получателе. Адвокаты считают, что наличие у Юсуповой права второй подписи и доступа к банковским операциям доказывает лишь техническую возможность совершать платежи. Но возможность совершить операцию и фактическое присвоение денег — не одно и то же.
— Нельзя автоматически связывать наличие у Юсуповой полномочий главного бухгалтера и права второй подписи с фактом присвоения ею денежных средств, — говорит Ерлан Шолахов.
По его мнению, суд должен был установить преступный умысел, корыстную цель и фактическое получение денег.
— Именно этого объективного перехода от "имела возможность осуществить платеж" к "фактически присвоила денежные средства" в приговоре не установлено, — утверждает адвокат.
"7-ка": бухгалтерия, о которой спорят стороны
Есть в этом деле и еще одна загадка — так называемая база "7-ка". По словам учредителя ТОО гражданки Т., на ее компьютере действительно существовала отдельная бухгалтерская программа. Она пояснила, что использовала ее для контроля общей финансовой деятельности предприятия. Защита считает, что этому обстоятельству суд не дал должной оценки.
Адвокат Дильфуза Келимбетова указывает: после того как существование такой базы было подтверждено, суду следовало установить, кто именно ее вел, какие операции там отражались и кто принимал решения о движении денежных средств.
— Суд был обязан установить, кем велась указанная база, какие операции в ней отражались, кто принимал решения о совершении соответствующих финансовых операций и какое значение сведения базы имеют для установления действительного движения денежных средств, — считает адвокат.
Особенно важными защита считает записи, обнаруженные у учредителя товарищества.
По словам адвокатов, речь идет о документах, содержащих сведения об операциях по обналичиванию денежных средств на сумму 314 млн 314 тыс. тенге, а также о собственноручной описи наличных на сумму 36 млн 100 тыс. тенге. Суд эти материалы доказательствами в пользу версии защиты не признал. Но адвокаты уверены: сами обстоятельства должны были быть проверены.
"Почему именно моя мама? "
Для дочери осужденной Алины Юсуповой происходящее выглядит еще более болезненно. Она говорит, что семья переживает очень тяжелые дни.
— Я не прошу сказать: "Да, ваша мама точно невиновна", только потому, что я её дочь. Я прошу другого. Посмотрите на доказательства. Посмотрите на документы. Посмотрите на противоречия в показаниях, — говорит Алина.
По ее словам, расследование продолжалось около двух лет, и семья долгое время считала, что дело может быть прекращено. А затем ситуация изменилась.
Дочь рассказывает, что мать на два дня помещали в СИЗО. После обращения семьи и адвоката к прокурору ее освободили. Одним из документов, на которые защита обращала внимание, была рукописная опись денежных средств, составленная учредителем предприятия. Однако дело дошло до суда. И в итоге — семь с половиной лет лишения свободы.
— Если человека признают виновным по такой тяжёлой статье, где доказательства? — задается вопросом Алина.
Дочь говорит о возможном конфликте
Семья также связывает уголовное преследование с конфликтом, который, по их мнению, возник после увольнения Юсуповой из ТОО. Дочь осужденной говорит о возможных личных мотивах и предполагает, что произошедшее могло быть связано с желанием причинить ее матери вред. При этом она подчеркивает: не просит воспринимать эту версию как доказанный факт.
— Я не хочу, чтобы люди просто поверили мне на слово, — говорит Алина Юсупова. — Мы не просим особого отношения. Мы не просим нарушить закон. Мы просим только одного: чтобы дело рассмотрели объективно и справедливо.
Компьютер тоже оказался в центре спора
В материалах дела есть и компьютерная экспертиза. Эксперт обнаружил на рабочем компьютере банковские выписки в Excel. В некоторых документах, датированных одной датой, не совпадали суммы и графы. Также были установлены даты и время изменения файлов.
Суд расценил это как подтверждение версии обвинения о корректировке выписок с целью скрыть переводы. Но защита обращает внимание на существенную деталь: эксперт установил факт изменения файлов, но, по мнению адвокатов, не установил лицо, которое эти изменения внесло.
— Экспертом не установлено лицо, создавшее электронные документы, внесшее изменения в соответствующие файлы либо использовавшее обнаруженные электронные данные, — говорит Дильфуза Келимбетова.
Кроме того, защита утверждает, что доступ к бухгалтерской базе, компьютерам, ЭЦП и банковским сервисам могли иметь несколько работников предприятия. По мнению адвокатов, этот вопрос также требовал отдельного исследования.
Налоговая проверка ничего не нашла. Но суд ее не учел
Юсупова в суде ссылалась и на налоговую проверку, которая проводилась на предприятии за период 2018–2021 годов. По ее словам, нарушений выявлено не было.
Однако суд указал: предмет налоговой проверки — соблюдение налогового законодательства и полнота уплаты налогов. Поэтому отсутствие нарушений в ходе налогового контроля не может автоматически подтверждать невиновность по уголовному делу.
Что говорит ТОО?
Мы обратились за комментарием к представителю ТОО. От комментария представитель предприятия отказался, сославшись на то, что позиция компании будет в дальнейшем озвучена в суде.
Таким образом, на сегодняшний день публично известна позиция суда первой инстанции и аргументы стороны защиты. Позиция предприятия в связи с обжалованием приговора будет представлена непосредственно в судебном процессе.
Что дальше?
На первом апелляционном заседании адвокаты осужденной ходатайствовали приобщить к материалам дела и изучить переписку между Юсуповой и учредителем, которая может существенно прояснить ситуацию с движением денежных средств в компании.
- Эти переписки доказывают, что Юсупова действовала строго по указаниям учредителя ТОО и не могла единолично принимать решения по движению денежных средств. Наше ходатайство суд удовлетворил, мы надеемся, что переписка будет детально изучена, - отметили адвокаты осужденной.
В Караганде бывшему главному бухгалтеру дали 7,5 года. Защита утверждает: суд так и не установил, кто на самом деле получил деньги
Семь лет и шесть месяцев лишения свободы — за 37 миллионов 188 тысяч 646 тенге. Именно такой приговор 10 июля вынес Казыбекбийский районный суд Караганды бывшему главному бухгалтеру одного из крупных ТОО Динаре Юсуповой.
Суд посчитал доказанным: бухгалтер, пользуясь служебным положением и правом второй подписи, перечисляла деньги предприятия на счета двух сторонних организаций, после чего средства обналичивались и, согласно обвинению, передавались ей. Юсупова вину не признала.
Теперь дело рассматривается в апелляции в Карагандинском областном суде. И у защиты главный вопрос звучит довольно просто: где доказательства того, что после обналичивания 37 миллионов тенге эти деньги действительно оказались у Юсуповой? Защита утверждает, что такого доказательства в деле нет.
Сначала — деньги
История, которая легла в основу уголовного дела, началась с банковских переводов. По версии следствия, с расчетного счета ТОО в период с 24 августа 2017 года по 5 октября 2020 года перечислялись деньги на счета двух компаний. На первую организацию ушло 16 млн 707 тыс. 205 тенге, на вторую — 20 млн 481 тыс. 441 тенге. Итого — 37 млн 188 тыс. 646 тенге.
При этом, как установил суд, представители этих организаций подтвердили, что фактически услуг товариществу не оказывали. Дальше начинается самое интересное.
Один из свидетелей — С. — рассказал суду, что к нему обратилась Юсупова. По его словам, она попросила выставлять счета на оплату от его ИП, после чего поступившие деньги обналичивались.
Он утверждал: наличные он передавал Юсуповой, оставляя себе 3 процента. Суммы, по его словам, составляли от 700 тысяч до 1,2 млн тенге. А когда его счета оказались заблокированы, в схему, по его показаниям, был привлечен знакомый предприниматель.
Но здесь появляется важная деталь. Второй бизнесмен М. в суде рассказал совсем о другом конечном адресате наличных. По его словам, после поступления денег от ТОО он их обналичивал и за вычетом 3 процентов передавал не Юсуповой, а своемум знакомому, свидетелю С. С Юсуповой, утверждает М, он вообще не знаком. И именно это противоречие теперь становится одним из центральных аргументов защиты.
"А где последнее звено? "
Адвокат осужденной Ерлан Шолахов обращает внимание: суд установил движение денег до определенного момента, но не установил их дальнейшую судьбу.
— Факт перечисления денежных средств на счета указанных субъектов хозяйствования сам по себе не свидетельствует о том, что данные денежные средства впоследствии были получены именно Юсуповой и обращены ею в свою пользу, — говорит адвокат.
По мнению защиты, необходимо было установить весь путь денег после обналичивания: кто получил наличные, когда, в какой сумме, кому передал и какие объективные следы этого существуют. Но таких данных, утверждает Шолахов, в деле нет.
— Не установлено также, каким именно образом она распорядилась данной суммой, кому передала денежные средства, какое имущество приобрела либо какую иную имущественную выгоду получила, — отмечает защитник.
Иными словами, говорит адвокат, обвинение доказало перевод денег и их обналичивание, но не доказало главное — присвоение их именно Юсуповой.
Сам суд отправил материалы на проверку
Еще один момент защиты считает принципиальным.
10 июля — в тот же день, когда был вынесен обвинительный приговор, — Казыбекбийский районный суд вынес частное постановление. В нем суд указал на необходимость проверки действий свидетелей С. и М. на предмет наличия в их действиях какого-либо правонарушения и направил соответствующую информацию прокурору района имени Казыбек би.
Для адвоката Шолахова это обстоятельство имеет принципиальное значение.
— С одной стороны, в обвинительном приговоре суд принимает показания С. как достоверные и использует их для подтверждения виновности Юсуповой. С другой стороны, в тот же день, по тому же делу, тот же суд вынес частное постановление, в котором указал на необходимость проверки действий свидетелей С. и М. на предмет наличия в их действиях правонарушения, — обращает внимание защитник.
По его словам, возникает вопрос: если показания С. достаточны для обвинительного вывода, почему одновременно возникла необходимость проверять его собственные действия? А если его действия действительно требуют правовой оценки, насколько надежными можно считать его слова о передаче денег Юсуповой?
— Приговор на данный принципиальный вопрос ответа не содержит, — считает адвокат.
"Нельзя автоматически считать, что деньги присвоила бухгалтер"
Защита не спорит с тем, что деньги перечислялись на счета двух организаций. Спор идет о другом — о конечном получателе. Адвокаты считают, что наличие у Юсуповой права второй подписи и доступа к банковским операциям доказывает лишь техническую возможность совершать платежи. Но возможность совершить операцию и фактическое присвоение денег — не одно и то же.
— Нельзя автоматически связывать наличие у Юсуповой полномочий главного бухгалтера и права второй подписи с фактом присвоения ею денежных средств, — говорит Ерлан Шолахов.
По его мнению, суд должен был установить преступный умысел, корыстную цель и фактическое получение денег.
— Именно этого объективного перехода от "имела возможность осуществить платеж" к "фактически присвоила денежные средства" в приговоре не установлено, — утверждает адвокат.
"7-ка": бухгалтерия, о которой спорят стороны
Есть в этом деле и еще одна загадка — так называемая база "7-ка". По словам учредителя ТОО гражданки Т., на ее компьютере действительно существовала отдельная бухгалтерская программа. Она пояснила, что использовала ее для контроля общей финансовой деятельности предприятия. Защита считает, что этому обстоятельству суд не дал должной оценки.
Адвокат Дильфуза Келимбетова указывает: после того как существование такой базы было подтверждено, суду следовало установить, кто именно ее вел, какие операции там отражались и кто принимал решения о движении денежных средств.
— Суд был обязан установить, кем велась указанная база, какие операции в ней отражались, кто принимал решения о совершении соответствующих финансовых операций и какое значение сведения базы имеют для установления действительного движения денежных средств, — считает адвокат.
Особенно важными защита считает записи, обнаруженные у учредителя товарищества.
По словам адвокатов, речь идет о документах, содержащих сведения об операциях по обналичиванию денежных средств на сумму 314 млн 314 тыс. тенге, а также о собственноручной описи наличных на сумму 36 млн 100 тыс. тенге. Суд эти материалы доказательствами в пользу версии защиты не признал. Но адвокаты уверены: сами обстоятельства должны были быть проверены.
"Почему именно моя мама? "
Для дочери осужденной Алины Юсуповой происходящее выглядит еще более болезненно. Она говорит, что семья переживает очень тяжелые дни.
— Я не прошу сказать: "Да, ваша мама точно невиновна", только потому, что я её дочь. Я прошу другого. Посмотрите на доказательства. Посмотрите на документы. Посмотрите на противоречия в показаниях, — говорит Алина.
По ее словам, расследование продолжалось около двух лет, и семья долгое время считала, что дело может быть прекращено. А затем ситуация изменилась.
Дочь рассказывает, что мать на два дня помещали в СИЗО. После обращения семьи и адвоката к прокурору ее освободили. Одним из документов, на которые защита обращала внимание, была рукописная опись денежных средств, составленная учредителем предприятия. Однако дело дошло до суда. И в итоге — семь с половиной лет лишения свободы.
— Если человека признают виновным по такой тяжёлой статье, где доказательства? — задается вопросом Алина.
Дочь говорит о возможном конфликте
Семья также связывает уголовное преследование с конфликтом, который, по их мнению, возник после увольнения Юсуповой из ТОО. Дочь осужденной говорит о возможных личных мотивах и предполагает, что произошедшее могло быть связано с желанием причинить ее матери вред. При этом она подчеркивает: не просит воспринимать эту версию как доказанный факт.
— Я не хочу, чтобы люди просто поверили мне на слово, — говорит Алина Юсупова. — Мы не просим особого отношения. Мы не просим нарушить закон. Мы просим только одного: чтобы дело рассмотрели объективно и справедливо.
Компьютер тоже оказался в центре спора
В материалах дела есть и компьютерная экспертиза. Эксперт обнаружил на рабочем компьютере банковские выписки в Excel. В некоторых документах, датированных одной датой, не совпадали суммы и графы. Также были установлены даты и время изменения файлов.
Суд расценил это как подтверждение версии обвинения о корректировке выписок с целью скрыть переводы. Но защита обращает внимание на существенную деталь: эксперт установил факт изменения файлов, но, по мнению адвокатов, не установил лицо, которое эти изменения внесло.
— Экспертом не установлено лицо, создавшее электронные документы, внесшее изменения в соответствующие файлы либо использовавшее обнаруженные электронные данные, — говорит Дильфуза Келимбетова.
Кроме того, защита утверждает, что доступ к бухгалтерской базе, компьютерам, ЭЦП и банковским сервисам могли иметь несколько работников предприятия. По мнению адвокатов, этот вопрос также требовал отдельного исследования.
Налоговая проверка ничего не нашла. Но суд ее не учел
Юсупова в суде ссылалась и на налоговую проверку, которая проводилась на предприятии за период 2018–2021 годов. По ее словам, нарушений выявлено не было.
Однако суд указал: предмет налоговой проверки — соблюдение налогового законодательства и полнота уплаты налогов. Поэтому отсутствие нарушений в ходе налогового контроля не может автоматически подтверждать невиновность по уголовному делу.
Что говорит ТОО?
Мы обратились за комментарием к представителю ТОО. От комментария представитель предприятия отказался, сославшись на то, что позиция компании будет в дальнейшем озвучена в суде.
Таким образом, на сегодняшний день публично известна позиция суда первой инстанции и аргументы стороны защиты. Позиция предприятия в связи с обжалованием приговора будет представлена непосредственно в судебном процессе.
Что дальше?
На первом апелляционном заседании адвокаты осужденной ходатайствовали приобщить к материалам дела и изучить переписку между Юсуповой и учредителем, которая может существенно прояснить ситуацию с движением денежных средств в компании.
- Эти переписки доказывают, что Юсупова действовала строго по указаниям учредителя ТОО и не могла единолично принимать решения по движению денежных средств. Наше ходатайство суд удовлетворил, мы надеемся, что переписка будет детально изучена, - отметили адвокаты осужденной.